Когда наступит мой февраль,
Пора глухой, смертельной стужи,
И позовет в глухую даль,
Где никому уже не нужен.
Когда придет пора тоски,
Невыносимой в мыслях боли,
Когда последнее Прости
Шепнут глаза, что полны соли.
Когда друзей любимых лица
Улыбок позабудут свет,
Не станут больше веселиться,
Последний услыхав привет.
Когда любимые девчонки,
Заплакав ясные глаза,
Забудут мелкие упреки,
Простят за все и навсегда.
Когда любимая подруга
Коснется хладного чела
И ее трепетные руки
Закроют мертвые глаза,
Когда полуденное солнце
Из туч сверкнет своим лучем
Сквозь их чердачное оконце
Войдет в притихший, мерзлый дом
И небеса вдруг развернутся
Чтобы душу мою принять
Чтоб завтра мог бы я вернуться
Всех вас любить и охранять.
Чтоб не случилось – вы со мною
Что не стряслoсь бы – с вами я.
Мы связаны одной судьбою
Вся радость жизни вы моя...
Сергей Карпихин, Вильнюс 7 апреля 2003 г.
Пора глухой, смертельной стужи,
И позовет в глухую даль,
Где никому уже не нужен.
Когда придет пора тоски,
Невыносимой в мыслях боли,
Когда последнее Прости
Шепнут глаза, что полны соли.
Когда друзей любимых лица
Улыбок позабудут свет,
Не станут больше веселиться,
Последний услыхав привет.
Когда любимые девчонки,
Заплакав ясные глаза,
Забудут мелкие упреки,
Простят за все и навсегда.
Когда любимая подруга
Коснется хладного чела
И ее трепетные руки
Закроют мертвые глаза,
Когда полуденное солнце
Из туч сверкнет своим лучем
Сквозь их чердачное оконце
Войдет в притихший, мерзлый дом
И небеса вдруг развернутся
Чтобы душу мою принять
Чтоб завтра мог бы я вернуться
Всех вас любить и охранять.
Чтоб не случилось – вы со мною
Что не стряслoсь бы – с вами я.
Мы связаны одной судьбою
Вся радость жизни вы моя...
Сергей Карпихин, Вильнюс 7 апреля 2003 г.